Мне не достаточно 1-го мужчины

50-летняя Карина всю жизнь любит Марка, они совместно уже больше 30 лет. Что не мешает ей повсевременно поддерживать потаенную любовную связь, которая нужна ей для внутренней гармонии.

«Я втюрилась в Марка, как с ним познакомилась. Нам было по 19 лет. Я здесь же возжелала связать с ним свою жизнь. Но можно ли провести всю жизнь с кем-то? Уже тогда я задавала для себя этот вопрос. Я обожала его, но я обожала и приключения, секс, адреналин, открывать себе тела других… Я не лицезрела, почему одно должно исключать для меня все другое. Я продолжала вести такую жизнь, пока Марк об этом не вызнал. Это было страшно. Боль была для него таковой нестерпимой и он уже так рассчитывал провести со мной всю жизнь, что я поразмыслила: не стоит подвергать угрозы наши дела, я смогу обойтись без этих ничего не означающих приключений.

Когда гроза миновала, все меж нами стало просто и ясно: мы стали жить совместно, не задавая друг дружке никаких вопросов, так и не приняв формального решения о том, в каких мы сейчас отношениях. Мы оба обыкновенные в разговоре люди, каждый воспринимает стиль жизни другого. Я думаю, что подобные дела складываются отлично, когда оба участника находят в их то, что отыскивают, даже если для 1-го это не то же самое, что для другого.

Такие у нас дела с Марком – такое вот равновесие, он наверное обусловил бы его по-другому, но мы счастливы совместно, и так было всегда.

У нас трое малышей, домашняя жизнь, друзья, совместные планы; мы приобрели дом. Когда я встречала мужчину, который меня тревожил, я шла далее собственной дорогой. Пока в год собственного 30-летия не познакомилась с Жаном. Мы стали друзьями. Мы длительно, три либо четыре года, сопротивлялись желанию, толкавшему нас в объятия друг дружку, а позже в конце концов уступили ему. Наши супруги и друзья были знакомы, мы оба были счастливы в браке, но совместно мы пережили что-то очень массивное, очень глубочайшее, очень ценное. И еще очень потаенное: ни для него, ни для меня и речи не может быть о том, чтоб поставить наши семьи под опасность.

Если не считать ужаса, что нас изловят и все разрушится, это положение меня стопроцентно удовлетворило. Мне никогда не казалось, что я что-то краду у Марка: то, что я переживала с Жаном, не имело ничего общего с тем, что связывало меня с супругом. Марк очень нередко уезжал по работе; думаю, я не вынесла бы, если б моя жизнь строилась вокруг него, в темпе его отъездов, если б мне пришлось целыми деньками ожидать, когда он в конце концов возвратится - обычно совершенно без сил.

Мне пригодилось некое время, чтоб совладать с чувством вины, но в глубине души я думаю, что сделала верный выбор. Связь с Жаном позволила мне по-настоящему быть самой собой, пережить с ним какие-то сильные и глубочайшие вещи, не лишая Марка чего бы то ни было. При соблюдении 3-х критерий, которые для меня дискуссии не подлежали: во-1-х, чтоб ничего никаким образом не проникло наружу; во-2-х, чтоб Марк всегда был на первом месте, что бы ни случилось; и в-3-х, чтоб он не пострадал от этой истории. Вроде бы ни были сильны мои переживания с Жаном, Марк был моим ценностью. Я думаю, что если б Марк нашел, что у меня интимные дела с другим мужиком, он не стал бы ревновать, а был бы опустошен.

Мы прожили таким макаром 10 лет. Я знаю, может показаться странноватым, как я вообщем могу такое гласить, но я очень верная. В этой ситуации я ощущала себя по-настоящему собой: я расцвела, была счастлива — а означает, могла и Марка сделать счастливым, — если не считать нескольких неспокойных моментов. А позже равновесие было нарушено: Жану было все сложнее скрывать наши дела, он подвергал нас риску и начал мучиться от всей этой истории. Я решила с этим покончить. Все это может быть исключительно в том случае, если никто никому не причиняет боли…

Мы оба были очень злосчастны. Он на меня очень дулся. Я думаю, все еще дуется, хотя я уверена, что мы будем друг дружку обожать всю жизнь. Это правильно для всех тех любовников и друзей, с которыми я пережила по-настоящему искренние дела.

После чего разрыва я смогла передохнуть - очень выматывает, когда необходимо всегда быть настороже и страшиться, что тебя изловят, - и решила, что больше никогда не попаду в такую сложную ситуацию, завязав дела с кем-то, кого Марк тоже знает и кто является частью нашей с ним общей жизни. Приблизительно тогда же я в конце концов произнесла Марку «да»: он просил меня выйти за него замуж все те годы, что мы друг дружку знали. Думаю, он всегда страшился, что я уйду, и я согласилась, чтоб он закончил «хандрить». Это уже издавна разумеется для меня, а сейчас и для него: мы закончим нашу жизнь совместно. Марк - моя 1-ая любовь. Моя красивая любовь. Моя большая любовь.

Для него доверие основано на прозрачности: те два либо трижды, когда ему бывало иметь слабость к другой даме, я узнавала об этом ранее него. Я, естественно, мачалась, но тяжелее всего мне было вынести, что он так плохо это от меня прячет. Он не может для себя представить, чтоб схожая ситуация не была ситуацией выбора. Я же понимаю, что навряд ли способна жить только одним человеком и для 1-го человека.

Я не самодостаточна; невзирая на то, что мы очень счастливы совместно во всем, включая сексапильные и так было всегда, я думаю, что ни Марк, ни кто-то еще не может удовлетворить меня стопроцентно. Все другое мне тоже необходимо. Для меня доверие связано не с прозрачностью, а с почтением. Я уважаю его нескончаемо. Не давать ничему из того, что я переживаю без него, проникнуть наружу — самый верный метод его защитить.

К примеру, я никогда его не водила за нос: я не рассказываю ему всего, но я не выдумываю несуществующих историй, чтоб обеспечить для себя алиби, и я никогда не покушаюсь на то время, которое мы собрались провести совместно, чтоб жить собственной жизнью.

Через три года после расставания с Жаном я встретила Дениса. Я сопротивлялась какое-то время, пока не ощутила: друг к другу нас толкает массивное и глубочайшее чувство, хотя я и не знала толком, что это. На данный момент мы встречаемся часто вот уже четыре года, и я переживаю с ним как раз то, что желаю и что мне необходимо и что я не могла бы пережить с Марком. Мое желание к одному никак не уменьшает моего влечения к другому, напротив: оно не вычитается, оно возрастает, раскрывается, обогащает! Денис и я - это глоток свободы и воспоминаний в моей своей жизни. Это момент, который выбираю я сама и который принадлежит мне, в этот момент я перестаю быть супругой Марка, мамой наших малышей, подругой наших друзей, соседкой наших соседей; это место, в каком я сходу