О чем жалеют старики?

Записки волонтера Анны Аникиной из Дома престарелых.

— Пару лет я помогала одиноким старикам. Могу с уверенностью сказать, что моя иерархия актуальных ценностей после общения с умирающими стариками коренным образом поменялась. Почти все из того, что казалось в жизни основным, отошло на 2-ой и 3-ий планы.

Они родили очень не достаточно малышей

«Я на данный момент так жалею, что мы тогда не родили дочке братика либо сестричку. Жили мы в коммуналке, впятером в одной комнате с моими родителями. И я задумывалась — ну куда еще 1-го малыша, куда? И эта дремлет в углу на сундучке, так как даже кровать поставить негде. А позже супругу по служебной полосы выделили квартиру. А позже — другую, побольше. Но возраст был уже не тот, чтоб рожать».

«Сейчас думаю: ну вот почему я не родила даже пятерых? Ведь все было: супруг неплохой, надежный, добытчик, „каменная стенка“. Работа была, детский сад, школа, кружки... Всех бы вырастили, подняли на ноги, в жизни устроили. А мы просто жили как все: у всех ребенок один, и у нас пусть будет один».

Они очень много работали

2-ой пункт нередко связан с первым — многие бабушки вспоминают, что в юности делали аборты из опаски утратить работу, квалификацию, стаж. В старости, оглядываясь на прожитую жизнь, они просто разума не могут приложить, для чего за эту работу держались — нередко неквалифицированную, непрестижную, скучноватую, томную, низкооплачиваемую.

«Работала я кладовщицей. Всегда на нервишках — вдруг недостачу найдут, на меня запишут, тогда — трибунал, кутузка. А на данный момент подумаю: и для чего работала? У мужа-то неплохой оклад был. А просто все работали, и я тоже».

Они очень не достаточно путешествовали

«Мы на целый месяц направились в круиз на теплоходе по Волге до Астрахани. Какое же это было счастье! Мы были на экскурсиях в различных исторических городках, загорали, купались. Поглядите, я до сего времени храню фото!»

«В Русском Союзе ведь были дешевенькие авиабилеты. Почему я тогда не съездила на Далекий Восток, на Сахалин, на Камчатку? Сейчас уже никогда эти края не увижу».

Они брали очень много ненадобных вещей

«Видишь, дочка, ковер на стенке висит? 30 годов назад за ним записывались в очередь. Когда ковры давали, супруг был в командировке, я одна его на собственном горбу тащила с Ленинского проспекта на „Три вокзала“, а позже на электричке в Пушкино. И кому сейчас этот ковер нужен? Разве что бомжам заместо подстилки».

«Видите, у нас в буфете стоит германский фарфоровый сервиз на двенадцать персон. А мы даже никогда в жизни из него не ели-не пили. О! Давайте возьмем оттуда по чашечке с блюдцем и выпьем из их чаю, в конце концов. И для варенья розетки изберите самые красивые».

Они очень не достаточно общались с друзьями, детками, родителями

«Как бы я желала на данный момент узреть свою мамочку, поцеловать ее, побеседовать с ней! А матери уже 20 лет нет с нами. Я знаю, что когда не будет