Папа может...

В почти всех странах третье воскресенье июня – Денек отца. На данный момент идут обсуждения, чтоб сделать всероссийский официальный праздничек Денек Отца. Пока определенной даты русского праздничка не установлено, и мы решили поздравить наших пап 21 июня.

Шахтёр, любивший искусство

Сергей Гавриляченко, Народный живописец Рф – о собственном отце Александре Ивановиче

Папа мой, Александр Иванович, рос фактически сиротой – он родился в 1915 году, а приблизительно через год погибла его мать. Потому что жили на хуторах, никто не мог сказать позже даже точную дату его рождения. Как бы вспоминали, что в денек памяти Александра Невского, потому денек рождения справляли 1 ноября. Отец его был в это время на фронте, а так, как они были с его матерью, моей бабушкой, не венчаны, и когда он возвратился с войны, он даже не знал, что у него есть отпрыск.

Папа жил у бабушки, им приходилось очень нелегко, в некие годы зимой он не прогуливался в школу – было не в чем. Но при всем этом у него была неописуемая страсть к учению. Он поехал обучаться в педагогическое училище в Ростов на дону, без какой или помощи, поддержки. Бывало, что от голода не мог подняться на 3-ий этаж. Я позже обучался в этом здании в педагогическом и представлял для себя, как это было.

После окончания педагогического училища папа сходу поступил в Ростовское артиллерийском училище: всю жизнь грезил быть военным. Во время Величавой Российскей прошел от Бреста до Вислы, где его последний раз тяжело ранило.

После войны он женился, переселился в город Шахты. Там мужик должен работать в шахте. Папа закончил еще горный техникум, работал под землей – как тогда гласили «в погребке».

На данный момент принято считать, что рабочая среда – дебоширство, мат. Мой папа – шахтер, мать – учительница исходных классов, практически все в нашем дворе были шахтеры, и мата фактически никогда не слышал.

У папы был практически культ учебы, познаний. Он собирал коллекцию пластинок – только традиционную музыку, которую очень обожал. В особенности – российские басы. Каждое воскресение папа ставил проигрыватель на подоконник и весь двор слушал Шаляпина, Михайлова, Штоколова… Я начал слушать это все только после сорока, а в молодости мне такая музыка казалась необычной, ненадобной.

Меня отец очень обожал. Вот малая деталь, показывающая это. Я собирал репродукции из «Огонька». Приходит папа после ночной смены и понятно, что ему охото только 1-го – лечь в кровать и уснуть. А мне охото с ним играть: чтоб папа демонстрировал мне эти репродукции, а я бы угадывал создателя и заглавие картины. А так как репродукций набралось уже более четырехсот, понятно, что игра отымала много времени, но папа все равно посиживал со мной.

Каждое лето папа (припоминаю, он был шахтер) меня, поначалу малыша, позже ребенка, позже юношу, вез в Москву и Ленинград. Утро начиналось с того, что мы шли в музей – в Третьяковскую галерею, в Пушкинский музей, в Эрмитаж, в Российский музей. Во 2-ой половине денька – становились в нескончаемые очереди, чтоб привезти что-то дефицитное маме и родственникам.

На данный момент я обременен званиями, заслугами. Они меня тешат, но особо не трогают. Многие меня веселили конкретно поэтому, что это – удовлетворенность отцу. Он грезил об этом всю жизнь, о том, чтоб его отпрыск чего-то достигнул, стал доктором. Ведь все свои, о реализации себя он вложил в меня, собственного отпрыска.

Папа был очень включен в мою жизнь. Даже на школьные собрания всегда прогуливался он (я никогда не дошел к дочери в школу).

При всех тяготах жизни, а жили мы очень робко, а по сегодняшним меркам можно сказать, что и бедно, в семье была установка – ребенок должен получить образование, раз его тянет искусство – поглядеть все музеи.

Конкретно благодаря отцу я не шахтер, не инженер, не доктор, а – живописец. Защита отца

Ольга Кормухина, певица

Мой папа, Борис Александрович Кормухин, был для меня другом, примером кристально честности – по отношению к людям, к профессии. Я воспользовалась его поддержкой и защитой практически во всем, хоть и была нестандартным ребенком, в том числе в плане поведения.

Как- то в молодости предки оставили меня одну на пару дней. Собралась компания друзей. Мы шумели, пели, ночкой направились купаться на озеро. Поутру на меня пришли сетовать. Папа ответил: «Не трогайте Ольгу. Это моя боль, но это и моя гордость!» Я случаем стала свидетельницей этого разговора, папа был уверен, что я не слышу его. Меня практически распирало от гордости и было принципиально, что отец защищает меня, не обращая внимание на мировоззрение окружающих.

Я считаю, что для девченки отец очень важен как пример истинной мужской поддержки. Если девченка вырастает в семье с неплохим папой, то она непременно будет счастлива в жизни, у нее не будет заморочек в личной жизни. Мне сходу делали предложения, я никогда ни за кем не бегала. Поэтому, что получила правильную установку в семье – дама должна быть при супруге, за супругом.

У папы было очень нежное отношение к моей маме, на всю жизнь они сохранили любовь друг к другу. И после погибели папы мать хранила ему верность, хотя поклонников было много. При этом, будучи за-мужем, мать была свободна, могла творчески самовыражаться.

Пример настоящей крепкой семьи, глава которой – отец – просто нужен для девченки. Как, вобщем, и для мальчугана. У моего брата девять малышей. Много малышей не мешают ему интенсивно заниматься, в том числе публичной деятельностью.

Повсевременно демонстрировал пример целомудрия. Когда я ему гласила на улице: «Папа, смотри, какая прекрасная женщина», – он чуть кидал взор, чтоб не оскорбить меня невниманием, и отвечал: «Красивая, но наша мать в 100 раз лучше!»

Отец был выдающимся человеком – инженер по профессии, занимался и пением, и рисованием. Он преуспевал на работе, но семья была для него на первом месте и мы все это знали.

Был мужественен – никогда не проходил мимо стычек, чтоб не вступиться за того, кого оскорбляют.

Когда папы не стало, на похоронах, те, кто с ним работал, гласили, как бился он за собственный отдел, чтоб люди не оказались на улице, а работали и получали заработную плату. Это 1991 год, университеты запираются, инженеры, ученые обязаны вести торговлю на рынках. Даже мы не знали, какой ценой ему удалось сохранить отдел – дома папа не подавал вида, как ему плохо, а на работе пригоршнями глотал пилюли. Другими словами, выходит, жизнь свою положил за людей.

Золотое колечко для дочки

Ольга Юревич, мать семерых малышей – об отце, собственном супруге протоиерее Андрее Юревиче

Мне