Супруга, знай свое место!

Некорректные пчелы, как понятно, делают неверный мед. Ошибочно понятая патриархальность в отношениях меж супругом и супругой делает их семейную жизнь проституткой, тяжеленной, как дурной сон, и в конце концов может вообщем ее повредить. Приблизительно три четверти моих друзей уже развелись со своими супругами. Обстоятельств тому огромное количество, в каждой избушке — свои погремушки. Но одну я на данный момент могу выделить особо, так как она находится во всех без исключения семейных катастрофах, случившихся у моих знакомых.

Причина эта — криво понятая патриархальность, положенная ими в базу домашней жизни. Хотя почему — ими? Я и сам в этом смысле не достаточно чем от их отличаюсь. И тоже много лет уродовал жизнь собственной семьи на «патриархальный», как мне тогда казалось, манер. Да так лихо, что уцелела она только чудом. Слава Богу — успел впору тормознуть, разглядеть свою жизнь и быстрее даже не разумом, а каким-то сердечным чутьем найти, что все-таки необходимо срочно исправлять внутри себя. На данный момент я отлично понимаю, в чем была ошибка. Может быть, мои рассуждения покажутся очевидными, но я все таки поделюсь ими: вдруг для кого-либо они тоже станут поворотным моментом, последней капелькой, которой как раз и не хватало для того, чтоб начать жить по другому.

Так гласил Гоша

1-ое время нашей совместной жизни мы с супругой временами спорили о том, кто в семье должен быть основным. И когда она в очередной раз возмущенно спрашивала: «Ну почему всегда конкретно ты решаешь — как и что нам делать?», я с постоянным всепостоянством отвечал ей: «Потому что я — мужчина». Этот рецепт от крутого мачо Гоши из кинофильма «Москва слезам не верит» стал для меня основным аргументом в семейных перепалках. Очень удачный аргумент, кстати. Ничего не объясняющий, зато — окончательный и бесспорный.

Главный герой киноленты — прекрасный слесарь-интеллигент, выясняя дела с возлюбленной дамой, в ультиматической форме гласит: «Запомни, всё и всегда я буду решать сам на том ординарном основании, что я — мужчина». Для мужской части населения нашей страны эти слова Гоши сразу стали собственного рода лозунгом. Я тоже не стал исключением. И как-то невдомек было мне тогда задаться совершенно ординарными вопросами. По правде, ну почему ординарную принадлежность к собственному полу мужчины считают достаточным основанием для схожих заявлений? Почему подобная фраза, произнесенная дамой, не прозвучит внушительно ни в кино, ни в реальной жизни? Ведь даже в кинофильме героиня Веры Алентовой по личным качествам ни в чем же не уступает многим мужикам, а почти во всем даже превосходит их, не исключая и собственного возлюбленного Гошу. Она смогла в одиночку вырастить дочь, окончить институт, устроить карьеру. Она — большой управляющий, депутат, отлично зарабатывает, живет в просторной комфортной квартире… В общем — все атрибуты актуального фуррора у нее имеются, вот только личная жизнь как-то не задалась. И здесь возникает умный слесарь Гоша, живущий в коммуналке, который начинает ставить ее на место, мотивируя свое право на такое поведение только тем обстоятельством, что он — мужик. Выходит какая-то странноватая (чтоб не сказать — несуразная) картина: дама может быть умнее мужчины, иметь наилучшее образование, больше, чем он, зарабатывать, занимать более высочайшее положение в обществе. Но, невзирая на любые, даже самые высочайшие заслуги во окружающем мире, — дома, в семье ей все равно остается один удел — безропотное подчинение мужчине, который «все и всегда решает сам». И, что самое грустное, это ведь не просто выдумка сценариста и режиссера. Тыщи парней относятся к дамам приблизительно так же.

Мужское притягательность кинослесаря Гоши, что именуется, зашкаливает. Умен, прекрасен, деятелен, умеет готовить, драться, пить не пьянея, добиваться доброжелательности понравившейся ему дамы. Чем же не эталон для подражания? Приблизительно так я рассуждал лет 20 5 тому вспять. И по неопытности упускал из виду обычный, и, казалось бы, тривиальный факт: почему таковой выдающийся во всем мужик после сорока ведет холостяцкий стиль жизни? Почему у него нет малышей? Почему от него ушла супруга, по его же словам — красивая дама. Нет, ну вправду — если ты сам таковой красавчик, и супруга у тебя красивая, почему ж не срослось-то у вас? Чего не поделили? Гоша на эти вопросы отвечает в собственной обыкновенной манере, коротко и исчерпывающе: «просто не повезло». Смолоду я не направлял в данный момент особенного внимания.

Но на данный момент с уверенностью могу сказать, что схожее «невезение» по сути — итог очень суровой, можно сказать — системной, базовой ошибки. Дело в том, что лидерская позиция в стиле «…так как я — мужчина» является сокрытой отсылкой к патриархальному, классическому укладу семьи, и конкретно там, в этой традиции должен находиться источник ее правоты. Но в том-то и дело, что к патриархальному укладу это самое «…всё и всегда буду решать сам» не имеет никакого дела.

Мой дом — ее крепость

Да, вправду, во всех семейных кодексах патриархального мира можно отыскать положения, призванные ограничить лидерство дамы. Но вот обычный, казалось бы, вопрос, который почему-либо всегда остается вне поля зрения при рассмотрении этой темы: а для чего, фактически, пригодилось вот так — формально и даже законодательно — ограничивать возможности дамы там, где мужик и без того «…всё и всегда решает сам, просто так как он — мужчина»?

Разумеется, что в ограничении нуждается только нечто и так уже очень огромное, стремящееся к предстоящему разрастанию. И надлежащие места из такого же «Домостроя», по сути, косвенно свидетельствуют об большой роли дамы в патриархальной семье. Ее воздействие было там настолько велико, что пришлось его ограничивать особыми установлениями. Причина этому довольно ординарна. Дело в том, что фаворитом в хоть какой области становится совсем не самый сильный и даже не самый умный либо профессиональный. Фаворитом становится более целевый. Разум, сила и талант никогда не выведут человека на 1-ые позиции в избранном им деле, если у него нет достаточной мотивации к победе. И напротив — люди с никак не выдающимися данными могут творить чудеса, если у их есть цель, в какой сосредоточен весь смысл их существования.

Да, мужик по самой природе собственной посильнее дамы. А во времена патриархального строя был и куда более образован. Но в пространстве семьи все это не могло обеспечить ему бесспорного лидерства, так как тут у дамы есть куда более мощная мотивация, чем у него: забота о детях. Чувственно мама связана с ребенком еще посильнее, чем отец, она девять месяцев вынашивает его в собственном теле, позже — пару лет кормит грудью, он — средоточие всей ее жизни. А дом, семья — это как раз та территория, на которой она растит и воспитывает малышей. И тут она не уступит лидерство никому — ни сильному, ни образованному, ни профессиональному. А если и уступит, то только ценой невосполнимых чувственных утрат, после которых жизнь в семье окажется безотрадной как для побежденного, так и для фаворита.

В патриархальном мире люди все это прекрасно понимали. Потому лидерство меж мужиком и дамой было там распределено настолько же мудро, сколь и просто: мужик обустраивает окружающий мир, дама обустраивает дом. Каждый реализует свою потребность в лидерстве на собственной местности и не пробует захватить чужую. В конечном итоге — всем отлично, все довольны. А чтоб сохранить такое, как на данный момент произнесли бы — динамическое равновесие домашнего статуса, — в кодексах специально прописали набор ограничений для дам. Почему только для их? Да так как в те времена дам в